+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

Постановление Конституционного Суда РФ от 20 июля 2010 года № 17-П

Для того, что бы получить pin-код для доступа к данному документу на нашем сайте, отправьте sms-сообщение с текстом zan на номер

Абоненты GSM-операторов ( Activ, Kcell, Beeline, NEO, Tele2 ) отправив SMS на номер , получат доступ к Java-книге.

Абоненты CDMA-оператора ( Dalacom, City, PaThword ) отправив SMS на номер , получат ссылку для скачивания обоев.

Стоимость услуги — тенге с учетом НДС.

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий
  • Судебные решения

Постановление Конституционного Суда РФ от 20 июля 2010 года № 17-П
«По делу о проверке конституционности подпункта «з» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей, в связи с жалобой гражданина Л.Р. Амаякяна»

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего — судьи С.Д. Князева, судей К.В. Арановского, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

с участием гражданина Л.Р. Амаякяна и полномочного представителя Правительства Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского,

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности подпункта «з» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей.

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина Л.Р. Амаякяна. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации оспариваемое заявителем нормативное положение.

Заслушав сообщение судьи-докладчика В.Г. Ярославцева, объяснения заявителя и представителя стороны, издавшей оспариваемый нормативный акт, заключение эксперта — кандидата юридических наук Д.А. Петрова, выступления приглашенных в заседание представителей: от Министерства юстиции Российской Федерации — В.В. Карпова, от Генерального прокурора Российской Федерации — Т.А. Васильевой, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. Согласно подпункту «з» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей (утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 18 июля 1996 года № 841), удержание алиментов производится с доходов от занятий предпринимательской деятельностью без образования юридического лица.

Содержание

Постановление Конституционного Суда РФ от 28.06.2007г. N 8-П

Принцип-гарантия «ВЫСШАЯ ЦЕННОСТЬ ЧЕЛОВЕК» ДОПОЛНИТЬ ГОТОВЫМИ

2007

1.Постановление Конституционного Суда РФ от 28.06.2007г. N 8-П (Сединкина3)

2009

2. П КС РФ от 8 декабря 2009 г. № 19-П (Картапольцева3)

3.КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ОТ 20 АПРЕЛЯ 2009 Г. № 7-П ДА хорошо, но длинно (Гр1 Фамилия)

4.КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ 8 ДЕКАБРЯ 2009 ГОДА (Баранова 3)

ДА хор. сокр ч..ст. РФ (Гр1 Фамилия)

2010

5.Постановление Конституционного Суда РФ от 29 октября 2010 года № 19 – П- ДАсокр (Гр1 Фамилия)

6. Постановление КС РФ от 19 апреля 2010 г. N 8-П (Бажина)

7.Постановление Конституционного Суда РФ от 20 апреля 2010 года № 9-П17 (ч. 1), 18, 19 (ч. 1 и 2), 39 и 55 (ч. 1 и 2 ДА ( Гр1 Фамилия)

8.Постановление Конституционного суда РФ от 26 февраля 2010 г. № 4-П ДА сокр (Гр1 Фамилия)

9.Постановление Конституционного суда РФ от 20 декабря 2010 года № 21-П ДА сокр (Гр1 Фамилия)

10..П КС от 19 апреля 2010 г. N 8-П (Баранова 3)

11.Постановление Конституционного суда РФ от 13 июля 2010 г. N 15-П (Кузьмина с натягом да, не надо больше такие брать)

Постановление Конституционного Суда РФ от 30 июня 2011 г. N 13-П (Мельник3)

12.Постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 г. № 16-П

13.Постановление Конституционного суда РФ от 30 июня 2011 г. N 14-П

14. Постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г. № 22-П ДА

15.Постановление Конституционного Суда РФ от 12 мая 2011 г. № 7-П ДА, если не повтор

16.Постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года № 22-П ДА,сокр

17.Постановление Конституционного Суда РФ от 31 марта 2011 г. № 3-П ДА,

18.Постановление КС от 7 февраля 2012 года (Баруткина додел) Худяковой взято.

2007

Постановление Конституционного Суда РФ от 28.06.2007г. N 8-П

1.4.Заявители просят признать не соответствующими ст. 2,17, 18 21,28, 45, 46, 49 и 55 Конституции РФ взаимосвязанные положения ст.14.1 ФЗ О погребении и похоронном деле» и Положения о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, которые предусматривают погребение лиц, уголовное преследование в отношении которых в связи с их участием в террористической деятельности прекращено из-за их смерти, наступившей в результате пресечения данной террористической акции, осуществляется в порядке, установленном Правительством РФ; тела указанных лиц для захоронения не выдаются, и о месте их захоронения не сообщается. Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба граждан К.И. Гузиева и Е.Х. Кармовой.. Постановлением следователя по особо важным делам отдела по расследованию уголовных дел в сфере федеральной безопасности Главного управления Генеральной прокуратуры РФ в Южном федеральном округе от 13 октября 2005 года по факту нападения на здания Министерства внутренних дел Кабардино-Балкарской Республики и нескольких отделов внутренних дел, а также на другие объекты города Нальчика, в результате которого погибли сотрудники правоохранительных органов и гражданские лица, было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных п. «е», «з» ч.2 ст. 105 «Убийство», частью третьей статьи 205 «Терроризм», частью второй статьи 209 «Бандитизм» и статьей 317 «Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа» УК РФ. В период проведения предварительного расследования заявители по настоящему делу К.И. Гузиев и Е.Х. Кармова в числе других граждан, родственники которых, по данным следствия, принимали участие в террористическом акте и погибли в результате его пресечения, обращались с просьбами о выдаче тел для захоронения, в чем им было отказано Главным управлением Генеральной прокуратуры РФ в Южном федеральном округе со ссылкой на ст. 14.1 ФЗ «О погребении и похоронном деле». Жалобы заявителей на этот отказ были отклонены Нальчикским городским судом и Верховным судом Кабардино-Балкарской Республики на том основании, что действующим законодательством установлен особый порядок захоронения лиц, чья смерть наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, и что к моменту рассмотрения жалоб производство по уголовному делу не завершено и роль погибших в имевших место преступлениях окончательно не определена. В дальнейшем органы предварительного следствия пришли к выводу о том, что причастность к совершению террористического акта ряда лиц, погибших в ходе отражения нападения, в том числе сыновей заявителей — Р.К. Гузиева и М.Н. Кармова, полностью подтверждена, и в соответствии с пунктом 4 части первой статьи 24 и пунктом 2 части первой статьи27 УПК РФ Постановлениями от 13 апреля 2006 года уголовное преследование в отношении каждого из них было прекращено в связи с их смертью.

Постановлениями судей Нальчикского городского суда от 5 марта 2007 года и от 28 мая 2007 года, принятыми по жалобам заявителей, указанные Постановления следователя признаны незаконными, вынесенными с нарушением принципов состязательности и презумпции невиновности, а на органы прокуратуры возложена обязанность устранить допущенные нарушения. Прокурор города Нальчика, в свою очередь, обжаловал эти судебные Постановления в кассационном порядке, и в настоящее время его представления находятся на рассмотрении судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики. Однако, как следует из представленных в КС РФ материалов, еще 15 мая 2006 года на основании постановлений следователя о прекращении уголовного преследования в отношении лиц, чья смерть наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, в том числе гражданиаР.К. Г. и гражданина М.Н. К., было принято решение об их погребении, а 22 июня 2006 года их тела кремированы.

2. В РФ как демократическом правовом государстве человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина обязанностью государства; права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (ст. 1, 2, 17 и 18 Конституции) Право человека быть погребенным после смерти согласно его волеизъявлению, с соблюдением обычаев и традиций, религиозных и культовых обрядов вытекает из Конституции РФ, ее ст. 21, 22, 28 и 29, гарантирующих охрану достоинства личности, право на свободу и личную неприкосновенность, свободу совести и вероисповедания, свободу мысли и слова, мнений и убеждений, и соответствующих общепризнанных принципов и норм международного права, которые в силу статьи 15 (часть 4)Конституции являются составной частью правовой системы РФ и имеют приоритет перед внутренним законодательством.

Так, Конституция РФ гарантирует каждому свободу совести, свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28). Предусмотренные рассматриваемыми в настоящем деле нормативными положениями меры применяются в отношении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, преследуемого в соответствии с законодательством РФ как особо тяжкое преступление против общественной безопасности. Ст. 205 УК РФ террористический акт определяется как совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях (часть первая). Аналогичным образом террористический акт определяется в п. 3 ст. 3 ФЗ от 6 марта 2006 года «О противодействии терроризму» (в редакции ФЗ от 27 июля 2006 года N 153-ФЗ).

Подтверждая настоятельную необходимость всеми средствами бороться с терроризмом во всех его формах и проявлениях, создающим серьезную и возрастающую угрозу осуществлению прав человека, общественной безопасности, социальному и экономическому развитию государств, снижающим уровень стабильности в мире, Совет Безопасности ООН в Резолюции 1624 (2005), принятой 14 сентября 2005 года на уровне глав государств и имеющей обязательную силу, подчеркивает значимость принятия на национальном и международном уровнях соответствующих мер для защиты права на жизнь. Установленные ст. 14.1 ФЗ «О погребении и похоронном деле» и Положением о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, меры являются, по сути, определенными ограничениями прав и свобод, гарантированных статьями 21(часть 1), 22 (часть 1), 28 и 29 (части 1 и 3) Конституции РФ, и как таковые могут признаваться допустимыми лишь при условии, что они отвечают конституционным критериям, т.е., согласно статье 55 (часть 3) Конституции РФ, необходимы в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Согласно Конституции каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ст.49, ч. 1); правосудие в РФ осуществляется только судом (ст. 118, ч 1); каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ст. 46, ч. 1).

Это интересно:  Какие банки продают долги коллекторам

Рассматриваемые в настоящем деле нормативные положения ставят отказ в выдаче тел и применение особого порядка погребения лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, в непосредственную зависимость от результатов уголовного преследования в отношении этих лиц, т.е. связывают наступление указанных последствий с наличием доказательств, полученных в ходе расследования по уголовному делу и подтверждающих участие лица в совершении террористического акта — действий, преследуемых по уголовному закону.

КС РФ рассматривая вопросы, связанные с обеспечением права на защиту в уголовном судопроизводстве, сформулировал правовые позиции, в соответствии с которыми ограничение права на судебное обжалование действий и решений, затрагивающих права и законные интересы граждан, на том лишь основании, что эти граждане не были признаны в установленном порядке участниками производства по уголовному делу, нарушает конституционное право на судебную защиту; обеспечение гарантируемых Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, включая право на судебную защиту, обусловлено не формальным признанием лица тем или иным участником производства по уголовному делу, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующего права (Постановления от 23 марта 1999 года N 5-П и от 27 июня 2000 года N 11-П, определения от 22 января 2004 года N 119-О и от 21 декабря 2004 года N 465-О). По смыслу ст. 14.1 ФЗ «О погребении и похоронном деле» и Положения о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, во взаимосвязи с пунктом 4 части первой статьи 24 и пунктом 2 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации, вынесенное в связи со смертью соответствующего лица постановление следователя о прекращении уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 205 УК РФ, влечет не только прекращение уголовного преследования в отношении этого лица, но и отказ в выдаче его тела родственникам и применение особого порядка захоронения, т.е. специальных мер, ограничивающих конституционные права и свободы. Руководствуясь ст.6, ч.2 ст.71, ст.72, 74, 75, 79 и 100 ФКЗ « О КС РФ»КС РФ признал нормативное положение 14.1 ФЗ от 12 января 1996 года «О погребении и похоронном деле» (в редакции ФЗ от 11 декабря 2002 года N 170-ФЗ) и Положения о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта не противоречащими Конституции, поскольку в системе действующего правового регулирования предусмотренные ими ограничительные меры в сложившихся в РФ условиях борьбы с терроризмом применяются исключительно к лицам, уголовное преследование в отношении которых прекращено из-за их смерти, наступившей в результате пресечения совершенного ими террористического акта, и необходимы для охраны общественной безопасности, общественного порядка, здоровья и нравственности, для защиты прав и свобод других лиц.

Данные нормы, по своему конституционно-правовому смыслу, предполагают возможность обжалования в судебном порядке постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в отношении принимавших участие в совершении террористического акта лиц в связи с их смертью и, соответственно, обязанность суда рассмотреть такую жалобу по существу, т.е. проверить законность и обоснованность постановления, содержащихся в нем выводов об участии этих лиц в террористическом акте, установить отсутствие реабилитирующих оснований для прекращения уголовного дела и тем самым — правомерность применения указанных ограничительных мер; до вступления решения суда в законную силу тела (останки) погибших не могут быть погребены; соответствующие государственные органы и должностные лица обязаны принимать необходимые меры для того, чтобы погребение производилось с соблюдением обычаев и традиций, в частности посредством предания тел (останков) земле (захоронение в могилу, склеп) или огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), по возможности индивидуально, и чтобы этому предшествовало соблюдение всех требований относительно установления личности погибшего (при невозможности — предоставления идентификационных данных), времени и места смерти, причины смерти[1].

2009

Постановление Конституционного Суда РФ от 20.07.2016 № 17-П

«По делу о проверке конституционности положений частей второй и восьмой статьи 56, части второй статьи 278 и главы 40.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Д.В. Усенко»

Вступило в силу: 25 июля 2016 года

Конституционный Суд РФ разъяснил процессуальный статус обвиняемого по уголовному делу, выделенному в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве.

Суд признал взаимосвязанные положения частей второй и восьмой статьи 56, части второй статьи 278 и главы 401 УПК РФ не противоречащими Конституции РФ, поскольку данные положения — по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования — предполагают, что:

обвиняемый по уголовному делу, выделенному в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, может по ходатайству стороны обвинения участвовать в судебном заседании по основному уголовному делу в целях дачи показаний в отношении лиц, обвиняемых в соучастии в том же преступлении (такое лицо в силу особенностей своего правового положения в уголовном процессе не является подсудимым (обвиняемым) по основному уголовному делу и в то же время как обвиняемый по выделенному уголовному делу, в силу заключенного им досудебного соглашения о сотрудничестве связанный обязательством сообщать сведения, изобличающие других соучастников преступления, по своему процессуальному статусу не является свидетелем по основному уголовному делу);

на обвиняемого по уголовному делу, выделенному в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, при его допросе в судебном заседании по основному уголовному делу в целях получения показаний в отношении других соучастников преступления не распространяются требования статей 307 и 308 УК РФ об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний или дачу заведомо ложных показаний и, соответственно, предусмотренные УПК РФ правила о предупреждении допрашиваемых лиц о такой ответственности;

обвиняемый по уголовному делу, выделенному в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, при его допросе в судебном заседании по основному уголовному делу предупреждается о предусмотренных главой 40.1 УПК РФ последствиях нарушения при даче показаний обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве, в том числе в случае умышленного сообщения ложных сведений или умышленного сокрытия от судебного следствия каких-либо существенных сведений.

Федеральному законодателю предписано внести в законодательство изменения, касающиеся участия обвиняемого по уголовному делу, выделенному в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, в судебном разбирательстве по основному делу в целях дачи показаний в отношении лиц, обвиняемых в том же преступлении в соучастии с ним.

ЮРИДИЧЕСКИЕ УСЛУГИ В КУРСКЕ

Юрист Умеренков Олег Николаевич

ПОЛУЧИТЕ КОНСУЛЬТАЦИЮ ЮРИСТА ПО ТЕЛЕФОНУ

Определение Конституционного Суда РФ от 17.01.2012 №122-О-О

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 января 2012 г. N 122-О-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА ГНИЛОМЕДОВА ВЛАДИМИРА НИКОЛАЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОДПУНКТОМ «О» ПУНКТА 2 ПЕРЕЧНЯ ВИДОВ ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ И ИНОГО ДОХОДА, ИЗ КОТОРЫХ ПРОИЗВОДИТСЯ УДЕРЖАНИЕ АЛИМЕНТОВ НА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ДЕТЕЙ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи Ю.Д. Рудкина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина В.Н. Гниломедова,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.Н. Гниломедов оспаривает конституционность подпункта «о» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей (утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 18 июля 1996 года N 841), согласно которому удержание алиментов производится с сумм доходов, полученных по договорам, заключенным в соответствии с гражданским законодательством, а также от реализации авторских и смежных прав, доходов, полученных за выполнение работ и оказание услуг, предусмотренных законодательством Российской Федерации (нотариальная, адвокатская деятельность и т.д.).
Как следует из представленных материалов, решением Волжского городского суда Волгоградской области от 20 января 2011 года, оставленным без изменения определением Волгоградского областного суда от 11 марта 2011 года, было признано незаконным решение старшего судебного пристава Волжского городского отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Волгоградской области об отказе в удовлетворении требований гражданки Н.В. Австрийсковой о возобновлении исполнительного производства в отношении В.Н. Гниломедова с целью взыскания алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка с дохода, полученного им от продажи Н.В. Австрийсковой принадлежавших ему 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли расположенного на нем садового домика.
Принимая решение о взыскании с В.Н. Гниломедова денежных средств в размере 25 процентов от суммы дохода, полученного им от продажи недвижимости, суд руководствовался подпунктом «о» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей.
По мнению заявителя, подпункт «о» пункта 2 Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей, противоречит статьям 19, 35 (часть 2), 38 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку придает понятию «доход, из которого производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей» расширительное значение и позволяет обращать взыскание на доходы, полученные от сделок, носящих разовый характер.
В соответствии со статьями 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам граждан на нарушение их конституционный прав и свобод проверяет конституционность закона или отдельных его положений, являющихся предметом обращения, в той части, в которой они были применены в деле заявителя, и принимает решение по делу, оценивая как буквальный смысл оспариваемых законоположений, так и смысл, придаваемый им официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из их места в системе правовых норм.
Вместе с тем, как следует из правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 27 января 2004 года N 1-П, нормативный акт Правительства Российской Федерации также может быть проверен в порядке конституционного судопроизводства по жалобе гражданина в случае, если такой акт принят во исполнение полномочия, возложенного на Правительство Российской Федерации федеральным законом, по вопросу, не получившему содержательной регламентации в этом законе, и именно на основании такого уполномочия Правительство Российской Федерации непосредственно осуществило правовое регулирование соответствующих общественных отношений.
Перечень видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей, отвечает указанным критериям, а именно принят Правительством Российской Федерации во исполнение полномочия, возложенного на него статьей 82 Семейного кодекса Российской Федерации, при этом в самом Семейном кодексе Российской Федерации виды заработка и (или) иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей, не определяются.
2. Согласно Конституции Российской Федерации, материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание — равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2).
Данные конституционные положения в полной мере согласуются с положениями Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), являющейся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации. В соответствии со статьей 27 названной Конвенции государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (пункт 1); родитель(и) или другие лица, воспитывающие ребенка, несут основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для развития ребенка (пункт 2).
Развивая приведенные положения Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов, Семейный кодекс Российской Федерации закрепляет право ребенка на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60) и корреспондирующую этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80).
При этом, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20 июля 2010 года N 17-П, надлежащее исполнение родителями своей конституционной обязанности заботиться о детях неразрывно связано с реализацией ими таких гарантированных Конституцией Российской Федерации прав и свобод, как право на труд (статья 37, часть 1), право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1), а также имущественные права (статья 35, часть 2). Их осуществление в Российской Федерации как правовом демократическом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, цель которого — создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, предполагает возможность распоряжения своими способностями и имуществом различными, самостоятельно избранными способами.
Семейное законодательство, как следует из статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, исходит из того, что права граждан в сфере семейных отношений могут быть ограничены только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других членов семьи и иных граждан (пункт 4). Определяя пределы осуществления семейных прав, Семейный кодекс Российской Федерации при этом установил, что осуществление членами семьи своих прав и исполнение ими своих обязанностей не должны нарушать права, свободы и законные интересы других членов семьи и иных граждан (пункт 1 статьи 7).
2.1. Закрепляя обязанность родителей заботиться о детях, Конституция Российской Федерации не устанавливает конкретный порядок исполнения данной обязанности, что в силу ее статей 71 (пункт «в») и 72 (пункты «б», «к» части 1), обязывающих федерального законодателя осуществлять регулирование и защиту прав и свобод человека и гражданина в сфере семейных отношений, обусловливает необходимость установления в отраслевом законодательстве соответствующих правил, определяющих, в частности, порядок исчисления и взыскания с родителей алиментных выплат на содержание несовершеннолетних детей.
Вопросы алиментных обязательств, в том числе порядка определения размера подлежащих уплате на содержание несовершеннолетних детей алиментов, урегулированы в Семейном кодексе Российской Федерации, который исходит из приоритета добровольного исполнения родителями обязанности содержать своих несовершеннолетних детей; при этом, предусматривая механизм ее принудительного исполнения, он закрепляет требование о необходимости учета судом материального и семейного положения сторон алиментного обязательства и других заслуживающих внимания обстоятельств (статьи 80, 81; пункт 1 статьи 83; пункт 4 статьи 113 Семейного кодекса Российской Федерации).
Таким образом, в основе правового регулирования отношений, возникающих в связи с принудительным исполнением родителями обязанности содержать своих несовершеннолетних детей, лежит требование о необходимости обеспечения баланса интересов обеих сторон алиментных отношений.
2.2. Согласно статье 82 Семейного кодекса Российской Федерации, виды заработка и (или) иного дохода, которые получают родители в рублях и (или) в иностранной валюте и из которых производится удержание алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних детей в соответствии со статьей 81 данного Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации.
Реализуя делегированное ему полномочие, Правительство Российской Федерации постановлением от 18 июля 1996 года N 841 утвердило Перечень видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей. Согласно названному Перечню, удержание алиментов производится в том числе из доходов, полученных по договорам, заключенным в соответствии с гражданским законодательством (подпункт «о» пункта 2).
С учетом необходимости обеспечения баланса интересов обеих сторон алиментных отношений алименты подлежат удержанию из доходов, полученных их плательщиком только по тем заключенным в соответствии с гражданским законодательством договорам, заключая которые лицо реализует принадлежащие каждому право на свободное использование своих способностей и имущества для не запрещенной законом экономической деятельности, а также право на труд (статья 34, часть 1; статья 37, часть 1 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, оспариваемое нормативное положение в системе действующего правового регулирования не содержит неопределенности и конституционные права заявителя не нарушает.
Проверка же законности и обоснованности судебных решений, вынесенных по делу заявителя, в том числе исследование фактических обстоятельств, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, установленным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 2 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

Это интересно:  Гражданский процессуальный кодекс РФ с 2012 года

1. Признать жалобу гражданина Гниломедова Владимира Николаевича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель
Конституционного Суда Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Постановление КС РФ №20-П от 17.12.1996

Налог — необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 57 Конституции Российской Федерации, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Взыскание налога не может расцениваться как произвольное лишение собственника его имущества, — оно представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично — правовой обязанности.

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 17 декабря 1996 г. № 20-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПУНКТОВ 2 И 3

ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 11 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОТ 24 ИЮНЯ 1993 ГОДА «О ФЕДЕРАЛЬНЫХ

ОРГАНАХ НАЛОГОВОЙ ПОЛИЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Э.М. Аметистова, судей Н.Т. Ведерникова, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, В.Г. Стрекозова, В.А. Туманова, О.С. Хохряковой,

с участием А.М. Макаренко — генерального директора товарищества с ограниченной ответственностью «МКМ ЛТД», обратившегося с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации; И.Н. Шумского — представителя Совета Федерации Федерального Собрания,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции».

Поводом к рассмотрению дела явились жалобы учредителей — собственников товариществ с ограниченной ответственностью «МКМ ЛТД» и «5М ЛТД» на нарушение конституционных прав и свобод пунктами 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации «О федеральных органах налоговой полиции», примененными в конкретных делах.

Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли оспариваемые положения указанного Закона Конституции Российской Федерации.

Поскольку жалобы касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» соединил дела по этим жалобам в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи — докладчика В.Д. Зорькина, объяснения представителей сторон, заключение эксперта, выступления приглашенных в заседание представителей Министерства финансов Российской Федерации, Государственной налоговой службы Российской Федерации, Федеральной службы налоговой полиции Российской Федерации, исследовав представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. В соответствии с частью первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции» (в редакции от 17 декабря 1995 года) федеральные органы налоговой полиции наделяются правами, предоставленными законодательством должностным лицам налоговых органов и агентам валютного контроля (пункт 2), и могут осуществлять при наличии достаточных данных проверки налогоплательщиков (в том числе контрольные проверки после проверок, проведенных налоговыми органами) в полном объеме с составлением актов по результатам этих проверок; принятие решения по актам проверок и применение соответствующих санкций осуществляются начальником органа налоговой полиции или его заместителем (пункт 3).

Пункты 2 и 3 части первой статьи 11 Закона в части, касающейся санкций, применяемых органами налоговой полиции, носят отсылочный характер и поэтому должны рассматриваться в системной связи со статьей 13 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» и со статьями 7 (пункты 8 и 9) и 8 Закона РСФСР от 21 марта 1991 года «О Государственной налоговой службе РСФСР». Из буквального смысла названных актов, из смысла, придаваемого им официальным толкованием (в том числе толкованием, данным Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации) и сложившейся правоприменительной практикой, а также из их места в системе правовых актов, определяющих полномочия должностных лиц налоговых органов, следует, что органы налоговой полиции производят взыскание недоимки по налогам, а также сумм штрафов и иных предусмотренных законодательством санкций с юридических лиц в бесспорном порядке. Именно это положение, примененное в конкретных делах, оспаривается в жалобах и подлежит проверке Конституционным Судом Российской Федерации.

2. По утверждению заявителей, взыскание органами налоговой полиции соответствующих платежей с юридических лиц не в судебном (как это предусмотрено для физических лиц), а в бесспорном порядке, нарушая конституционное право частной собственности, противоречит статье 35 Конституции Российской Федерации.

Согласно статье 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом (часть 1); каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (часть 2); никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения (часть 3).

Вместе с тем право частной собственности не является абсолютным и не принадлежит к таким правам, которые в соответствии со статьей 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации не подлежат ограничению ни при каких условиях. Следовательно, по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, оно может быть ограничено федеральным законом, но только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Это соответствует общепризнанным принципам и нормам международного права, в частности Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года, согласно которой каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности (часть первая статьи 29); при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе (часть вторая статьи 29). Аналогичное положение о допустимости ограничения прав человека и гражданина предусмотрено также Международным пактом об экономических, социальных и культурных правах от 19 декабря 1966 года (статья 4).

Это интересно:  Как устанавливается класс водителя для ОСАГО: от чего зависит и как меняется коэффициент при аварии?

3. В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Данная конституционная обязанность имеет особый, а именно публично — правовой, а не частно — правовой (гражданско — правовой), характер, что обусловлено публично — правовой природой государства и государственной власти, по смыслу статей 1 (часть 1), 3, 4 и 7 Конституции Российской Федерации.

Налог — необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 57 Конституции Российской Федерации, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. Взыскание налога не может расцениваться как произвольное лишение собственника его имущества, — оно представляет собой законное изъятие части имущества, вытекающее из конституционной публично — правовой обязанности.

В этой обязанности налогоплательщиков (в том числе граждан, занятых предпринимательской деятельностью с образованием юридического лица) воплощен публичный интерес всех членов общества. Поэтому государство вправе и обязано принимать меры по регулированию налоговых правоотношений в целях защиты прав и законных интересов не только налогоплательщиков, но и других членов общества.

Налоговые правоотношения основаны на властном подчинении одной стороны другой. Они предполагают субординацию сторон, одной из которых — налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит властное полномочие, а другой — налогоплательщику — обязанность повиновения. Требование налогового органа и налоговое обязательство налогоплательщика следуют не из договора, а из закона. С публично — правовым характером налога и государственной казны и с фискальным суверенитетом государства связаны законодательная форма учреждения налога, обязательность и принудительность его изъятия, односторонний характер налоговых обязательств. Вследствие этого спор по поводу невыполнения налогового обязательства находится в рамках публичного (в данном случае налогового), а не гражданского права.

Наделение налогового органа полномочием действовать властно — обязывающим образом при бесспорном взыскании налоговых платежей правомерно в той степени, в какой такие действия, во-первых, остаются в рамках именно налоговых имущественных отношений, а не приобретают характер гражданско — правовых, административно — правовых или уголовно — правовых санкций, и, во-вторых, не отменяют и не умаляют права и свободы человека и гражданина. В связи с этим исполнение налогового обязательства, равно как и соответствующих требований налогового органа об уплате налога в случае несогласия с ними налогоплательщика не может быть временно прекращено или приостановлено, если это не предусмотрено законом.

При этом налогоплательщику во всяком случае гарантируется вытекающее из статьи 46 Конституции Российской Федерации право на судебное обжалование решений и действий (бездействия) налоговых органов и их должностных лиц. Данное право было реализовано заявителями, поскольку арбитражный суд рассмотрел спор по существу (в том числе о размерах взимаемых платежей).

Согласно статье 8 (часть 2) Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности. К юридическим лицам, независимо от формы собственности (частной или государственной), как следует из обжалуемого положения, применяется один и тот же — бесспорный — порядок взыскания налоговых платежей, а в случае несогласия налогоплательщика — один и тот же порядок защиты, а именно обращение в вышестоящие налоговые органы и (или) в суд для рассмотрения спора по существу. Следовательно, юридическим лицам гарантирована судебная защита их права собственности. Различие в способах приведения в действие механизмов этой защиты применительно к юридическим лицам (последующий судебный контроль) и к физическим лицам (предварительный судебный контроль) в данном случае обусловлено не формой собственности, а особенностями юридического лица как субъекта налогового обязательства. Причем различия касаются одной и той же формы собственности, а именно частной, поскольку ее субъектами могут быть как физические лица, так и юридические.

Таким образом, бесспорный порядок взыскания налоговых платежей при наличии последующего судебного контроля как способа защиты прав юридического лица не противоречит требованиям Конституции Российской Федерации.

4. Конституционное право человека и гражданина, закрепленное в статье 35 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, распространяется на юридические лица в той степени, в какой это право по своей природе может быть к ним применимо.

Как следует из материалов дела, обратившиеся в Конституционный Суд Российской Федерации товарищества (общества) с ограниченной ответственностью — это организации, к которым применяются правила, регулирующие деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями. Они были созданы гражданами специально в целях совместной реализации таких конституционных прав, как право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1, Конституции Российской Федерации) и право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2, Конституции Российской Федерации).

Юридическое лицо, в отличие от гражданина — физического лица, имеет обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам именно этим имуществом. Гражданин же (в случае, если он является индивидуальным предпринимателем без образования юридического лица) использует свое имущество не только для занятия предпринимательской деятельностью, но и в качестве собственно личного имущества, необходимого для осуществления неотчуждаемых прав и свобод. Имущество гражданина в этом случае юридически не разграничено.

Различный порядок взыскания налоговых платежей с физических и юридических лиц направлен не на то, чтобы поставить их в неравное положение в сфере налоговых отношений (обязанности платить налоги), а на то, чтобы не допустить административного вмешательства в права личности тогда, когда вопрос может быть разрешен лишь посредством судебного разбирательства. Взыскание налоговых платежей с физических лиц в бесспорном порядке явилось бы выходом за рамки собственно налоговых публично — правовых отношений и вторжением в иные отношения, в том числе гражданско — правовые, в которых стороны не находятся в состоянии власти — подчинения, и поэтому одна сторона по отношению к другой не может действовать властно — обязывающим образом. Сочетание бесспорного и судебного порядков взыскания налоговых платежей обеспечивает права личности и государства в целом, отвечает интересам общества и не противоречит принципам демократического правового социального государства, закрепленным Конституцией Российской Федерации.

5. По смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации налоговое обязательство состоит в обязанности налогоплательщика уплатить определенный налог, установленный законом. Неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога. Поэтому к сумме собственно не внесенного в срок налога (недоимки) законодатель вправе добавить дополнительный платеж — пеню как компенсацию потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога. Бесспорный порядок взыскания этих платежей с налогоплательщика — юридического лица вытекает из обязательного и принудительного характера налога в силу закона.

Таким образом, предусмотренное статьей 13 Закона Российской Федерации «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» и статьями 7 (пункты 8 и 9) и 8 Закона РСФСР «О Государственной налоговой службе РСФСР» взыскание с юридических лиц в бесспорном порядке недоимки по налогам, а также пени, осуществляемое в том числе органами налоговой полиции, не противоречит Конституции Российской Федерации.

Иного рода меры, предусмотренные данными статьями, а именно взыскание всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли), а также различного рода штрафов, по своему существу выходят за рамки налогового обязательства как такового. Они носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности. При производстве по делу о налоговом правонарушении подлежат доказыванию как сам факт совершения такого правонарушения, так и степень вины налогоплательщика. При наличии налогового правонарушения орган налоговой полиции вправе принять решение о взыскании штрафа с юридического лица. Это решение, по смыслу статей 45 и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, может быть в установленном порядке обжаловано юридическим лицом в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд. В случае такого обжалования взыскание штрафа не может производиться в бесспорном порядке, а должно быть приостановлено до вынесения судом решения по жалобе налогоплательщика.

Таким образом, бесспорный порядок взыскания штрафов, предусмотренный оспариваемым положением, в случае несогласия налогоплательщика с решением органа налоговой полиции является превышением конституционно допустимого (статья 55, часть 3; статья 57) ограничения права, закрепленного в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

На основании изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать положения пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции», предоставляющие федеральным органам налоговой полиции право на основании статьи 7 (пункты 8 и 9) и статьи 8 Закона РСФСР от 21 марта 1991 года «О Государственной налоговой службе РСФСР» и статьи 13 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» производить взыскание с юридических лиц недоимки по налогам, а также пени в случае задержки уплаты налога в бесспорном порядке, не противоречащим Конституции Российской Федерации.

Юридическое лицо, с которого такие налоговые платежи взысканы в бесспорном порядке, в соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации имеет право обжаловать решение органов налоговой полиции в суд.

2. Признать положения пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции», предоставляющие федеральным органам налоговой полиции право на основании статьи 7 (пункты 8 и 9) и статьи 8 Закона РСФСР от 21 марта 1991 года «О Государственной налоговой службе РСФСР» и статьи 13 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» производить взыскание с юридических лиц сумм штрафов, а также всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли) в бесспорном порядке без их согласия, не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (часть 3), 45 и 46 (части 1 и 2).

3. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации» и «Российской газете». Постановление должно быть также опубликовано в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Статья написана по материалам сайтов: online.zakon.kz, lektsii.com, 42.xn--b1aew.xn--p1ai, olegumerenkov.ru, taxpravo.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector